10. Теории исторических циклов
Логика циклических теорий

Социальное и историческое развитие идет не по прямой, а, скорее, по кругу. Если в направленном процессе каждая последующая фаза от­личается от любой другой, предшествующей ей во времени, то в циклическом процессе состояние изменяющейся системы в некоторое более позднее время будет таким же, каким оно было в некоторое более раннее время. Мы выберем три из них: созданные русским Николаем Данилев­ским, немцем Освальдом Шпенглером и англичанином Арноль­дом Тойнби. Николай Данилевский (1822-1885) «Россия и Ев­ропа» Он представлял человеческую историю разделенной на отдельные и обширные единицы, «историко-культурные типы», или цивилизации. Западная, или иными словами, германо-ро­манская цивилизация — лишь одна из многих, процветавших в истории. Он видел ошибку историков в том, что они рассматри­вали современный им Запад в качестве высшей, кульминацион­ной стадии и конструировали линейную хронологию эпох (древ­няя — средневековая — современная) как приближающуюся к этой своей кульминации. В реальности общей хронологии для различных цивилизаций не существует: нет единого события, которое могло бы разумно разделить судьбу всего человечества на периоды, которое означало бы одно и то же для всех и было бы одинаково важным для всего мира». Ни одна цивилизация не является лучшей или более совершенной, каждая имеет свою внутреннюю логику развития и проходит различ­ные стадии в только ей свойственной последовательности. Великие цивилиза­ции (отдельные историко-культурные типы): египетскую, асси­ро-вавилонскую, китайскую, индийскую, персидскую, еврейскую, греческую, римскую, арабскую и германо-романскую (европей­скую). Цивилизации проявляют свою творческую сущность лишь в избранных областях, т. е. они концентрируются на каких-то ин­дивидуальных, характерных только для них областях и темах: для греческой цивилизации — красота, для семитской — религия, для римской — закон и администрация, для китайской — практика и польза, для индийской — воображение, фантазия и мистицизм, для германо-романской — наука и технология. Существует типичный цикл развития, наблюдаемый в судьбе каждой великой цивилизации. Первый период, иногда весьма продолжительный, — это период возникновения и кристаллиза­ции, когда цивилизация зарождается, принимает различные фор­му и образ, утверждает свою культурную и политическую авто­номность и общий язык. Затем наступает фаза процветания, ког­да цивилизация полностью развивается и раскрывается ее твор­ческий потенциал. Этот период обычно относительно короток (400-600 лет) и заканчивается, ког­да запас творческих сил исчерпывается. Недостаток творческих сил, застой и постепенный распад цивилизации означает конеч­ную фазу цикла. Как полагал Данилевский, европейская (германо-романская) цивилизация вошла в фазу вырождения, что вы­разилось в нескольких симптомах: растущем цинизме, секуляри­зации, ослаблении инновационного потенциала, ненасытной жаж­де власти и доминирования над миром. В будущем предстоит рас­цвет русско-славянской цивилизации. Таков финал несколько этноцентричной историософии Данилевского. Еще одна, заслуживающая внимания теория истории человече­ства принадлежит Освальду Шпенглеру (1880-1936). Его наиболее известная работа «Закат Европы» 1918 г. С точки зрения Шпенглера, в истории нет линейного процесса, есть, ско­рее, ряд отдельных, уникальных «высших культур», «процветаю­щих на фоне определенного ландшафта, к которому они привяза­ны как растения». Реализовав «всю сумму возможностей в форме людей, языков, догм, искусств, государств, наук, они умирают». История является «коллективной биографией таких культур». Каждая индивидуальная культура переживает циклы детства, юношества, зрелости и старости: она возникает, растет и, выпол­нив свое предназначение, умирает. Фаза упадка именуется «ци­вилизацией». Агонизируя, культура проявляет определенные характерные качества: космополитизм вместо местной перспек­тивы, городские связи вместо кровных уз, научный и абстракт­ный подход вместо естественной религиозной чувственности, массовые ценности вместо народных, деньги вместо истинных ценностей, секс вместо материнства, политика грубой силы вместо консенсуса. Такое состояние упадка или агонии может длиться долго, но когда-то она обрекается на распад и исчезает. Шпенглер выделил восемь «высших культур»: египетскую, вавилонскую, индийскую, китайскую, классическую (греко-рим­скую), арабскую, мексиканскую и западную (возникшую пример­но в 1000 г. н.э.). Каждая из них имела свою доминантную тему, или «первичный символ», который воплощался во всех ее компо­нентах, придавая специфический оттенок образу мышления и действий, определяя характер науки, искусства, обычаев, привы­чек и т.д. Например, «первичный символ» греко-римской культу­ры — культ чувственного, тема Аполлона. В китайской культуре — это «дао», неопределенный, блуждающий, многолинейный «путь» жизни. Для западной культуры «первичным сим­волом» является «безграничное пространство» и концепция вре­мени, простирающегося в бесконечность, как предназначение, Фаустовская тема. По словам Брюса Мазлиша, «очевидно, что Шпенглер ищет «дух» культуры для данного периода. Естествен­но, каждый дух проникает во все ее сферы. Поскольку он ожив­ляет все компоненты культуры, постольку любой факт и событие служат символом ее духа». Диагноз и предсказания Шпенглера относительно будущего западной культуры, которая уже вошла в стадию разложения, были весьма мрачны. Он считал, что основу современного ему общест­ва составляет «мегаполис», мировой город, окруженный провин­циями. «Внутри этого мира-города проживают новые кочевники, паразитирующие городские жители, без корней, без традиций, без прошлого. Городская популяция — это масса, а не люди или раса». Наиболее обстоятельная и исторически обоснованная теория цивилизаций и их жизненных циклов представлена трудами Ар­нольда Тойнби (1889-1975). В 20-томном труде «Постижение ис­тории», публиковавшемся в течение 27 лет (1934-1961), он пред­принял попытку обобщить весьма обширный материал, охваты­вающий всю писаную историю. По мнению Тойнби, подходящей для исторического изучения единицей является не человечество в целом и не национальные государства, а промежуточные образования, которые имеют боль­шее пространственное и временное протяжение, чем отдельные общества, и меньшее, чем все человечество. Это 21 цивилизация. Список Тойн­би перекликается со списком, представленным Данилевским или Шпенглером. Цивилизации возникают благодаря сочетанию двух факторов: присутствия творческого меньшинства и окружающих условий, которые и не слишком благоприятны, и не слишком неблагопри­ятны. Механизм рождения, равно как и дальнейшей динамики цивилизаций, воплощен в идее «вызов — ответ». Окружение (пер­воначально природное, а затем и социальное) постоянно бросает вызов обществу, которое усилиями творческого меньшинства изыскивает средства справиться с ним. Как только найден ответ, следует новый вызов, а на него, в свою очередь, дается новый ответ. На стадии роста цивилизации ответы успешны, так как люди предпринимают беспрецедентные усилия, чтобы решить грандиозные задачи, и таким образом сотрясают «привычные ус­тои». Однако в фазе дезинтеграции и распада творчество иссяка­ет. Цивилизации разваливаются изнутри. Дополнительный фактор — восстание «внешнего пролетариата», т. е. варваров. Как только цивилизация начинает рассыпаться, они поднимают бунт, не желая и дальше быть в подчинении. Судьба большинства цивилизаций — это всегда окончательный распад, даже если они и способны протянуть в застывшем состоянии в течение продолжительного периода. Не менее 16 великих цивилизаций уже «мертвы и похо­ронены». В завершение своего анализа, не оставляя идею циклов внут­ри каждой цивилизации, Тойнби утверждает, что существует об­щая единая логика, которая проявляется на длительном отрезке времени и охватывает все их вместе взятые, — это прогресс духов­ности и религии. Цивилизации есть «дело рук религии». «Истори­ческая функция цивилизации состоит в том, чтобы способствовать прогрессивному процессу все более глубокого религиозного про­зрения и действовать в соответствии с этим прозрением» Питирим Сорокин: ритмы культурных изменений В центре циклической теории Питирима Сорокина, изложен­ной в четырех томах под названием «Социальная и культурная динамика», находится культура, которую автор определяет как «тотальную сумму всего, что создается или модифицируется сознательной или бессознательной деятельностью двух или более индивидов, взаимодействующих друг с другом или определяю­щих условия поведения друг друга». Огромное разнооб­разие культурных тем, попадающих под эту категорию, составля­ет не просто «свалку» (свободную агломерацию), а, скорее, ин­тегрированную систему. Она достигает высшей формы интегра­ции, когда «каждая часть занимает предназначенную для нее по­зицию и уже не воспринимается как часть, а все вместе они обра­зуют ткань, лишенную швов». В основе такого един­ства лежит общий «центральный принцип» («разум»), который можно понимать как «культурный менталитет». Тщательно проанализировав различные аспекты человеческой культуры — искусство, образование, этику, законодательство военное дело, Сорокин предложил разделить ее на два противо­положных, взаимно несовместимых типа. Каждый тип культуры имеет свою собственную ментальность; собственную сис­тему знаний; философию и мировоззрение; свою религию и стандарты «святос­ти»; собственные представления о том, что правильно и неправильно; форму искусства и литературы; собственные мораль, законы, нормы поведения; доми­нирующие формы социальных отношений; собственную экономическую и по­литическую организацию; и наконец, свой собственный тип человеческой лич­ности с особым менталитетом и поведением. Два противоположных культурных типа — «умозрительный» и «чувственный». Это идеальные типы, которых не найти в чис­том виде ни в одну эпоху. Промежуточная форма между первым и вторым обозначается как «идеалистическая». I Умозрительная культура характеризуется следующими призна­ками: 1) реальность по своей природе духовна, нематериальна, скрыта за чувственными проявлениями (например, Бог, нирвана, дао, Брахма). Она вечна и неизменна; 2) потребности и цели лю­дей в основном духовны (спасение души, служение Господу, ис­полнение священного долга, моральные обязанности; 3) для удов­летворения этих целей предпринимаются усилия по освобожде­нию личности от чувственных соблазнов, повседневных земных забот. Истина постигается лишь посредством внутреннего опыта (откровения, медитации, экстаза, божественного вдохновения), и потому она абсолютна и вечна; идея добра коренится в нематериальном, внут­реннем, духовном, в сверхчувственных ценностях (вечная жизнь, Град Господень, слияние с Брахмой). Посылки второго типа («чувственной культуры») прямо про­тивоположны: 1) реальность по своей природе материальна, до­ступна чувствам, она перемещается и постоянно изменяется: «Ста­новление, процесс, изменение, поток, эволюция, прогресс, транс­формация» 2) потребности и цели людей чисто плот­ские, или чувственные (голод и жажда, секс, убежище, комфорт); 3) для удовлетворения этих целей необходимо использовать внеш­нее окружение. Истина мо­жет быть найдена лишь в чувственном опыте, и потому она имеет временный и относительный характер. Добро коренится в чувст­венных, эмпирических, материальных ценностях (удовольствие, наслаждение, счастье, полезность), и потому моральные принци­пы гибки, относительны и зависят от обстоятельств. Промежуточная, «идеалистическая культура» представляет собой сбалансированное сочетание умозрительных и чувственных элементов. Она признает, что реальность и материальна, и сверхъестественна; потребности и цели людей и телесны, и ду­ховны; удовлетворение целей требует как улучшения самого себя, так и трансформации окружения. Короче, «признавая идеальный мир высшим, она не объявляет чувственный мир простой иллю­зией или негативной ценностью; напротив, поскольку чувства находятся в гармонии с идеальным, они обладают позитивной ценностью». Сорокин применил свою аналитическую типологию к исто­рическому процессу, рассматривая основную модель историчес­ких изменений в циклических терминах. «Социокультурные флук­туации, т. е. повторяющиеся процессы в социальной и культур­ной жизни и в человеческой истории, — это основной объект настоящего исследования». «Большинство социокультурных изменений имеют характер постоянно изменяющихся, периодически повторяющихся процессов». Процес­сы часто меняют свое направление и повторяют сами себя. «На короткое или длительное время, в одной и той же или в несколь­ких социальных системах процесс движется в определенном ко­личественном, качественном или пространственном направлении, или во всех этих направлениях, достигает «точки насыщения», а затем зачастую идет в обратном направлении». По­добные флуктуации наблюдаются на самой широкой шкале исто­рии, которая как бы разделена на эпохи, эры, периоды. Наиболее важным принципом такой периодизации является смена доми­нирующих типов культурного менталитета и культурных систем: повторяющаяся последовательность умозрительной, идеалисти­ческой и чувственной культур. Автор реконструировал исторические «волны» и «флуктуации» внутри греко-римской и западной культуры, охватывая своим исследованием диапазон в более чем 2500 лет. Оказывается, цик­лы означают не полное повторение, а скорее новое воплощение лежащих в их основе принципов. Кроме того, они не следуют постоянному ритму и не имеют равной длительности. «История повторяется, но ее темы выступают во все новых вариациях, ког­да изменяются не только содержание, но ритм и темп. Причинный механизм, лежащий в основе «суперритма умо­зрительной — идеалистической — чувственной фаз в греко-рим­ской и западной системах культуры» (367; IV, 737), состоит в ис­черпании возможностей, истощении творческого потенциала каж­дой последующей системы. «Исчерпав свой творческий фонд по-

 

 Таблица 10.1 Периодизация истории по Сорокину Греция, VIII—VI века до н.э. Умозрительная Греция, V век до н.э. Идеалистическая Рим, IV век до н.э. — IV век н.э. Чувственная Европа, IV—VI века н.э. Идеалистическая Европа, VI—XII века н.э. Умозрительная Европа, XII—XIV века н.э. Идеалистическая
Европа, XIV век н.э. — по настоящее время

 

Чувственная знавательных, моральных, эстетических, политических и других ценностей, система продолжает доминировать уже не благодаря творческому дару, а просто по инерции, обманом, принуждени­ем, трюками и псевдоценностями. Она должна прийти в упадок, будучи выхолощенной, часто вредной и бесполезной для ее чле­нов и человечества в целом». Это открывает возмож­ности для возникновения альтернативных систем, которые ис­пользуют собственные потенциалы до того момента, пока они также не будут исчерпаны, и весь процесс повторится. Раскрытие потенциалов каждой системы зависит в первую очередь от дейст­вий ее членов, она трансформируется изнутри силой человечес­кой деятельности. Но внешние факторы также могут играть определен­ную роль, ускоряя или замедляя, облегчая или затрудняя внут­реннее развитие культурных систем. Диагноз, поставленный Сорокиным западной цивилизации, весьма неблагоприятен. С его точки зрения, чувственная фаза, в которой она пребывала в течение нескольких столетий, достигла крайней степени насыщения, что вызывает множество негатив­ных, патологических явлений и приводит к общему культурному упадку. Человечество прошло путь от красоты средневековой цер­ковной музыки до «какофонии джаза», от готических соборов до современных трущоб, от скульптур Микеланджело до порногра­фических журналов, от поэзии Байрона до шпионских трилле­ров. 1. Наступит моральная и эстетическая анархия. 2. Люди будут овеществлены, к ним начнут относиться как к механизмам. 3. Утратится моральный и интеллектуальный консенсус, во­царится хаос мнений и верований. 4. Социальный порядок будет поддерживаться лишь принуж­дением, а политическое право будет легитимировано силой. 5. Свобода выродится в пустые лозунги, направленные на то, чтобы сбивать с толку и порабощать массы. 6. Продолжится распад семьи. 7. На смену высокому искусству придет массовая культура самого низкого пошиба. 8. Качество жизни и общие жизненные стандарты будут сни­жаться. 9. Возрастет социальная патология. 10. В политической жизни будут доминировать апатия, ме­лочный эгоизм, уход в частную сферу. Новая умо­зрительная фаза неизбежна.